Глава Офиса президента Кирилл Буданов отверг тезис о том, что углубление украинской работы по Крыму станет спусковым крючком для ядерного сценария. На прямой вопрос он ответил коротко и без объяснений: нет, не приведет, потому что он немного знает предмет. Разговор возник на фоне публикаций, где российский миллиардер украинского происхождения доказывал, что альтернативы дружбе с Москвой нет, и намекал на ядерные последствия крымской операции.
Об этом Кирилл Буданов, глава Офиса президента Украины, сказал в интервью Наталье Мосейчук, передает "Хвыля".
"Более глубокая работа по Крыму не будет считаться эскалацией и к ядерной эскалации не приведет. Почему я так думаю? Я немного знаю. И Крым точно так же будет украинским — оккупированные территории это всегда бомба замедленного действия. Всегда", — заявил Буданов.
Практика последних месяцев эту логику подтверждает. Летом Силы обороны системно работали по полуострову как по тыловой базе группировки вторжения: под ударами оказались нефтяной терминал в Керчи, радиолокационные станции комплексов С-400 и системы "Панцирь" у Крымского моста, железнодорожные переправы через Северо-Крымский канал и Сиваш. Результат — остановка паромов через Керченскую переправу, графики отключений света в Севастополе и запрет продавать топливо гражданским. Ядерного ответа не последовало. Сам Буданов объясняет это природой такого оружия: это средство сдерживания, то есть средство для того, чтобы его не применять, а переход к ядерному шантажу означает лишь одно — другие методы уже не срабатывают и где-то стало больно.
Отдельно он формулирует то, что касается будущего полуострова. Даже режим прекращения огня по линии фронта, по его словам, продержится ограниченное время: в России появятся те, кто скажет, что прежняя власть не дожала, а в Украине — те, кто заявит, что вернули бы все, но кто-то помешал. Оккупированные территории он называет бомбой замедленного действия без исключений — и именно из этого выводит, что Крым будет украинским. Тот же принцип он распространяет на Донбасс, напоминая, что для Москвы это лишь задача-минимум, а не конечная цель.
